Кое-что о жизни ювелира
Истории из жизни одного русского-московского ювелира...
Сейчас в моде драгоценности "на заказ", но часто у такого украшения криминальное прошлое или оно поддельное.
Драгоценности, изготовленные фабричным способом, "черный" ювелир никита презрительно называет штамповками.
- Заводскими "обручалками" в загсе порезаться можно, - ухмыляется мастер.
Так же, как и "черный" нал, произведения никиты вращаются в подполье. Жить в "тени" сегодня вынуждено большинство московских ювелиров. Лицензия, позволяющая продавать свои изделия и покупать для них "исходные материалы", стоит около семи тысяч долларов. Но даже имея эту сумму, получить документ способен не всякий.
- Только к пятидесяти - шестидесяти годам мастер может накопить деньги и связи, - объясняет ювелир никита. - До этого он лет тридцать должен просидеть в домашней мастерской или подвале, принимая клиентов по рекомендации и внимательно рассматривая их в дверной глазок.
К собственно ювелирному искусству наша милиция никаких претензий не имеет. Но стоит продать вещицу из драгоценного металла без лицензии, и художник попадает под статью о незаконной торговле валютными ценностями. Редкие заказчики приносят с собой серебряные ложки и золотые коронки бабушки-покойницы. Металл и камушки вынужден доставать сам мастер. Их покупка - риск, оплачиваемый по той же статье. И, поплевав через левое плечо, ювелиры погружаются в мир криминального оборота драгоценностями.
Ювелирное подполье
Обратившись к частнику, ценители изящных украшений часто рискуют не меньше самого мастера. Похвасталась как-то батюшке одна из прихожанок изящным платиновым крестиком и полгода провела под следствием вместе с ювелиром, отлившим изделие. Платина оказалась ворованной.
Проследить происхождение благородных металлов и драгоценных камней ювелиры просто не могут. А на черном рынке "чистые", без истории, золото или платина - редкость. Разве кто семейную реликвию за бутылку продаст или в ломбард снесет. И здесь уверенности никакой - может, с трупа сняли. А золотой песок или слитки легальным путем к перекупщикам не попадают. Но откровенно криминальные предложения ювелиры, дорожащие клиентурой и собственной свободой, как правило, отклоняют.
- Несколько раз ко мне являлись типы с золотыми слитками, явно украденными из банка, на них даже клеймо было. Пытались наладить производство массивных украшений для "новых русских", - ежится никита. - Ох, тяжело отказываться от дешевого золота.
До сих пор главный канал поставок в москву нелегального "голда" - необъятная колыма. Везут оттуда самородный песок и готовые слитки. Сбывают их чаще всего спецам, подделывающим старинные украшения и церковную утварь. Для качественных фальшивок материалы нужны уникальные, их в измайловском парке не купишь.
Проще всего покупать их у артелей частных геологов. Есть в москве такие товарищества. Профессионалы с завидным опытом отправляются в экспедиции на урал, к месторождениям, не представляющим интерес для промышленности или давно заброшенным. Набивают рюкзаки и везут в столицу. Это просто сырье. Но за его приобретение уголовный кодекс россии предусматривает от 4 до 6 лет. Хотя граненые минералы можно покупать без опаски.
Однако крупный клиент может появиться неожиданно.
- Позвонил мне один тип по рекомендации и попросил о консультации, - с ужасом вспоминает никита. - Встретились в ресторане. Мужчина открыл дипломат. Инстинкт самосохранения сработал моментом: "куда бежать?" в чемодане горой лежали необработанные изумруды. Миллиона на два. Баксов, разумеется.
Полгода никита оглядывался на улицах и вздрагивал от телефонных звонков.
Специалистом быть опасно.
Профессионалам с репутацией чаще всего попадаются необычные и коллекционные вещи.
- Несколько раз ко мне обращались серьезные собиратели, зашифрованные круче спецагентов, - вспоминает никита. - Думал, что из россии вывезли все работы фаберже. Но повезло: реставрировал рукомойник и редкую брошь, подаренную фаберже одной актрисе большого.
Приходится работать со старинным золотом редких проб, цветным золотом, которого только самых распространенных оттенков двенадцать. В "пожилых" безделушках часто трескаются или выпадают камни. Но не каждый бриллиантик подойдет к такому антиквариату.
Для камней важны не только размер, но и чистота, и цвет. Поэтому находятся мастера, умело помогающие природе. Для глубины зеленого цвета изумруды, например, варят под большим давлением в определенном составе. Можно проделывать подобные манипуляции с сапфирами, рубинами. Чтобы найти качественный бриллиант, без стандартной современной огранки в 57 граней, приходится иметь дело с контрабандистами. Большинство бриллиантов везут в москву из намибии, черные бриллианты - "морионы" - из израиля. Страшная редкость и ценность - крупный александрит. Каждый второй - "криминальный". Можно попасться и на "подставу". Не только во всех ломбардах и незаконных скупках у метро есть информаторы милиции. Попадаются агенты и в мире контрабандистов. Но иногда отказаться от работы настоящий мастер не в силах. Реставрировать раритеты, подправлять фаберже - все равно, что личное клеймо получить. Стоимость работы, как правило, очень высока - 10 - 20 процентов от стоимости самого шедевра.
Линия украшений становится строгой, геометрической
Возвращается классика.
"Без лоха - жизнь плоха".
На уловки продавцов "вареных" камушков и поддельного золота иногда попадаются даже профессиональные ювелиры, а уж "лохов" нагреть мало кто стесняется. Поэтому при покупке драгоценностей у частных лиц при себе нужно иметь "экспертный набор": пузырек с йодом, ляписный карандаш и прибор с ультрафиолетовой лампочкой, которым в банках проверяют валюту.
Проверка металла (как проверить серебро)
Если капнуть йодом на серебро, золото или платину, появится темное пятно. Выше проба - чернее пятно. Но если вам "тулят" фальшивку (рондоль или бриллиантовую бронзу), капля йода превратится в белый известковый налет.
Ляписным карандашом нужно провести по металлу, предварительно смочив поверхность. Если металл драгоценный, останется черная полоса. На подделках ляписный карандаш следа не оставляет.
С драгоценными камнями сложнее. Они очень плохо нагреваются.
Но ощутить щекой холодок от малюсенького бриллианта почти невозможно. Поэтому фианит от бриллианта в быту отличают только специалисты, причем на глаз. Бриллиант своим блеском "колет глаз", его луч выходит из одной точки. Этот камень отвергает любые жиры: даже капля обычной воды не скатывается по граням, а держится капелькой.
В ультрафиолетовых лучах все искусственные камни меняют свой цвет. Рубин становится зеленым, изумруд красным. Если камень хоть чуть поменял оттенок в ультрафиолете, лучше от него отказаться.